Перед юбилеями журналисты разыскивают забавные факты и совпадения в биографиях тех, кого вскоре предстоит чествовать. Так однажды заметили совпадение в биографии ученого, которому в этом году 6 февраля исполняется 80 лет: в 1929 году в семье Яниных родился мальчик, названный Валентином, а археолог Артемий Арциховский начинает свои раскопки, вскоре ставшие раскопками Новгорода. Два события, которые теперь, 80 лет спустя, выглядят знаком судьбы, ведь Валентин Янин – почетный гражданин Великого Новгорода, историк и археолог. Впрочем, более или менее полный перечень его должностей и регалий намного солиднее: действительный член Российской академии наук, доктор исторических наук, член Комиссии по особо ценным объектам культуры при Президенте РФ, председатель музейного совета при Российском фонде культуры, член консультативного совета при Министерстве культуры РФ, член Государственной комиссии по реституции культурных ценностей, председатель специализированного совета по археологии и этнографии, член специализированного совета Института археологии РАН, научный руководитель Новгородского филиала Института истории РАН, почётный гражданин Великого Новгорода, член редколлегий научных журналов «Российская археология», «Вестник Московского университета», «Вопросы истории».
Валентину Янину были посвящены передачи
«Власть факта» 4 февраля в 21:20 и
«Звезда» 8 февраля в 15:35.
Валентин Янин рассказывает о свое работе в одном из интервью: «Я как-то стоял на раскопе, и мне в голову пришла мысль, в общем, лежавшая на поверхности: вот у нас под ногами только что расчищенная деревянная мостовая XIII века. По ней проезжал Александр Невский. Может, отпечатки копыт его коня где-то остались. А теперь посмотрим, что над нами – белый след от самолета в небе. Мы стоим в XIII веке, а над нами ХХI век гудит! И как это осознать?..
Одним из моих учителей был Александр Александрович Сиверс. Он до революции был камергером двора его величества, потом побывал в ссылке. Его семья была дружна с семьей Горчаковых и Саша не раз подавал свою детскую ручку Александру Михайловичу Горчакову – светлейшему князю, канцлеру и министру иностранных дел России, вместе с Пушкиным учившемуся в Царскосельском лицее. Я задумался: Сиверс вот этой рукой, как со мной, здоровался с Горчаковым, а тот – с Пушкиным. От меня два рукопожатия до Пушкина, три – до Державина, четыре – до Александра I, пять – до Наполеона...
В истории все на расстоянии вытянутой руки. А в Новгороде время вообще сплющилось. Когда мы поднимаем из земли письмо, написанное человеку, с которым уже познакомились в другой берестяной грамоте – где оно, время-то? Его нет. Новгород начался для меня, знаете, с чего? В конце 40-х там всю черную работу делали военнопленные. Кроме немцев, были венгры. И один из них как-то мне сказал: "Вчера найден дров горшок" – то есть деревянная мисочка. "Сегодня найден дров ложка" – деревянная ложка. "Товарищ кушал и оставил". Эта картина с такой наглядностью возникла передо мной – что действительно товарищ поел и разбросал посуду, как сегодня в лесу бросают одноразовую посуду...»