Петр Вайль общался с Бродским, дружил с Довлатовым, соавторствовал с Генисом, эпикурействовал и путешествовал, чтобы вслед за сочинениями о русской эмиграции и русской культуре написать легкую и очаровательно умную книжку о связи великих творцов со средой их обитания. «Гений места» стал бестселлером и трансформировался в рейтинговую передачу на телеканале «Культура», а Петр Вайль так и остался русским литератором и гражданином США, живущим в Чехии и мечтающим переселиться в Италию. «Трэвелеру» Петр рассказал о том, в какой части света скрываются «его» энергетические точки, куда лучше податься в любом городе мира, и вообще - зачем нам всем путешествовать.

- После обеда в Италии пьют исключительно эспрессо. Если закажешь кофе с молоком, на тебя посмотрят, как на дурака. Это очень серьезно. Капуччино или латте - пожалуйста, но только до 11-12 часов дня. Так правильно для организма. Никакого молока днем.
До того, как узнал то железное правило, интуитивно его знал, да и по сторонам смотрел тоже, учился. Точно так же, впервые оказываясь в каком-то населенном пункте, знаю, куда идти, в какое заглянуть кафе и что именно выбрать. Везде в Италии чувствовал и продолжаю себя чувствовать так, будто тут вырос. Италия мне дорога, но я не сразу начал понимать, почему.

В жизни так случается, что всем любимым, будь это чтение или страстный роман, человек «занимается» неосознанно. И в какой-то момент наступает период рефлексии, когда он вдруг задумывается: а зачем? Для чего я это делаю? Зачем путешествую? - спросил себя однажды. Я склонен ко всевозможным удовольствиям. Самоограничение - слово не из моего словаря. Меня никогда не привлекало самопознание через аскетизм или изнурительную медитацию. И вдруг до меня дошло... Путешествие и есть отличный, простой, доступный, а главное - увлекательный путь к себе. Ведь, приезжая в различные места, ты смотришь не только на них, но и видишь себя самого. Переносишь себя в иные декорации, в иной антураж и фиксируешь по-новому. Для всякого человека, повидавшего мир, абсолютно очевидно, что в Париже он не такой, как в Токио, а в Буэнос-Айресе совсем другой, нежели в Нью-Йорке.

Но еще более «разным» себя ощущаешь, оказываясь в одном и том же месте с перерывом в несколько лет. Предположим, ты был в Риме 10 лет назад и вот приехал снова. Рим другой. Но не потому, что город изменился, а потому, что другим стал ты. Это как перечитывать классику. Ведь ровным счетом ничего не происходит с «Братьями Карамазовыми», но роман, прочитанный в 20, 30 и затем в 40 лет, совершенно разный.

Так вот, я любил Италию с любопытством хлопающего ушами наблюдателя. А потом вник... Италия красива, но не в этом дело. Дело же в том, что нет на свете большей гармонии в сочетании природы, климата, ландшафта, городского пейзажа, женских лиц. И нет у нас другого прошлого. Мы все, русские люди, - производное от итальянского. Это не шутка. Какая бы ни велась болтовня о том, что Россия стремится к Азии, что у страны свой, особенный, путь, я уверен: нравится нам это или нет, но мы европейцы. Мы воспитаны на этой культуре. Нам никуда не деться от Пушкина с Чайковским, которые учились на европейской античности и европейской же классике, и на которых потом учились мы. Мы все.

• • •

В Азии я всегда чужой. Бывал там в некоторых странах, полюбил Токио и Киото, но ни на секунду не усомнился в том, что это не мое. Да, в молодости, как и многие, увлекался и философией, и литературой Востока, но «итого» в сумме показало: если хочешь, чтобы это стало твоим, придется посвятить этому всю свою жизнь. А мне дай бог на своем веку хоть как-то разобраться с западной культурой. Я не замахиваюсь на Азию. Да и зачем, когда у меня есть Франция, Италия, Испания и извод Европы - Северная и Латинская Америка? Тяга к экзотике - веяние моды. Терпеть не могу разговоры из серии: «Париж? Да какой Париж?! Вот Северная Камбоджа!..» Или «Мы ходим только в те места, где нет туристов». Или «Я принципиально не по купаю путеводителей, куда заведет - туда заведет». Ну и заведет в район заводских окраин, ну и наслаждайся и получи в Париже Бескудниково. Все это, скажу вам, чистой воды снобизм. Не бойтесь протоптанных дорог. Они протоптаны не просто так.

Если миллионы людей до тебя ахнули при виде Нотр-Дам де Пари, ты тоже не стесняйся ахнуть. В этом нет ничего зазорного. Как и в том, чтобы в любом городе Европы как минимум часа два посидеть в кафе на центральной площади. Поглазеть на собор или какой конный памятник, на витрины магазинов и, конечно, на публику. Думаете, там одни туристы? Не-а. Центральная площадь есть центральная площадь - через нее проходят местные жители, и ты их сразу опознаешь. Но истинная среда их обитания - рынок. В любом городе обязательно идите на рынок. Потому что он - лицо страны. Там видишь не только то, что страна производит в самом буквальном смысле: какую там продают птицу, какое мясо, какие фрукты и овощи, - там люди. Те, кто продают, и те, кто покупает. Человек на рынке наиболее естественен. И именно там увидишь мимику, жестикуляцию, природу и манеру отношений. К тому же не забывайте, что вокруг любого крупного рынка есть закусочные. Они, как правило, дешевые, совершенно натуральные и очень вкусные. Без обмана. Потому что в них едят те самые люди, которые эту еду и продают на рынке в «сыром» виде. Их не обдуришь. Ни в Ташкенте, ни в Арле, ни в Пизе.

• • •

Когда я сочинял книжку «Гений места», то привозил из каждого города гравюру, имеющую отношение к тому периоду, о котором писал. Собралась целая галерея... Приятная, пожалуй, мне одному. На тех самых рынках покупаю какие-нибудь пустяковины. Мне нравится викторианский домашний интерьер, восходящий ко второй половине XIX века. Техно, белые, голые стены и потолки - ни в коем случае. Должно в интерьере быть что-то плюшевое. И обязательно много мелких предметов. Ведь они - это кванты памяти.
Представьте, что у вас есть сервант или, скажем, пианино, а на нем стоят восемь предметов. И вы помните, как они все к вам попали. Где вы их купили. Почему. При каких обстоятельствах. Может, кто-то их вам подарил. Что это был за человек. Дорог ли он вам или, наоборот, отвратителен (это тоже хорошо помнить). У вас целых восемь квантов памяти. А если их в 10 раз больше - 80? Значит, вы живете в атмосфере собственной жизни. В ауре напоминаний о, как правило, дорогих для вас событиях. Именно для этого я и привожу сувениры. А если они вдруг не радуют, выкидываю на помойку или дарю дурным знакомым.
Когда-нибудь я привезу сувениры из Китая. На свете есть только две страны, в которых я всегда мечтал побывать, но так пока и не добрался. Одна из них - Северная Корея с ее диктатурой, но боюсь, с моим американским паспортом вряд ли удастся туда попасть. Вторая - Китай. Туда нужно ехать не меньше, чем на месяц, этого месяца никак нет, и я все откладываю и откладываю путешествие, хотя из всего востока Китай мне наиболее интересен. Я уже говорил: мне нужно чувствовать, что это и моя жизнь тоже, - Италия мое прошлое, но и Китай. Не из-за своей богатейшей истории, а из-за коммунистического строя. Я родился в Советском Союзе, и это меня касается, это часть моей биографии.

• • •

Сократ говорил: «Деревья и горы не могут меня научить ничему, а люди в городе могут». О. Генри писал: «В одном нью-йоркском квартале красоты больше, чем в двадцати лесных лужайках, усеянных цветами». Я с этими словами полностью согласен. По мне, самое интересное, что есть в мире - города. Нервные узлы человечества. Да, я люблю горную местность, мягкие очертания холмов Тосканы и Южной Шотландии, но прежде всего меня интересует не пейзаж, а человек в пейзаже. Нью-Йорк, безусловно, самый интересный город мира. После него все остальное - Париж, Лондон, Москва - кажется провинцией. Оказываясь в Нью-Йорке, вы попадаете в такой заразительный пульс, что начинаете пульсировать вместе с городом.

В Нью-Йорке нет ни одного подземного перехода. Улицы неширокие. Мир небоскребов, который «обязан» подавлять, приспособлен к человеку. Ты же не ходишь, задрав голову. Нью-Йорк - город для людей. Я прожил там 17 лет, каждое утро открывал New York Times и понимал, что как минимум в десяток мест я бы хотел сегодня пойти. Такого больше нет нигде на свете.

Ритм - это Нью-Йорк. Страсть - Буэнос-Айрес. Это из-за танго. Танец, сексуальнее которого не то что не существует - придумать невозможно. Где страсть во взглядах мужчин, провожающих глазами женщин. И где я сам смотрю такими же глазами.
Лиссабон - это грусть. Из-за распада величия, отзвуков прошлого. 10-миллионная страна (как Москва) с живым сознанием утраченной империи. Не случайно там родился один из красивейших вокальных жанров - фаду. Самое меланхоличное пение, которое я только знаю. Изумительной истомы, изматывающее душу. Как поет Амалия Родригеш!

Сан-Франциско - символ счастья. Там и дышится, и чувствуется с необыкновенной легкостью. Он весь какой-то открытый. То ли из-за этих заливов и проливов, то ли из-за обилия мостов, но каждые два квартала открывается совершенно новый ракурс, и именно поэтому ты очень хорошо себе представляешь, как, прогуливаясь, показываешь этот город любимой женщине. А гармония - конечно же, Венеция. Единственный европейский город без наземного транспорта. Такой, какой и был в нашем общем прошлом. Попадая туда, ты возвращаешься к себе в самой большой степени, какая только возможна. И всегда знаешь, куда пойти, в какое кафе заглянуть и что заказать после полудня. Так правильно для организма. Никакого молока днем.

Поделиться

Добавить в блог

версия для печати

форумы

ссылки по теме

Вайль Петр Писатель, ведущий программы "Гений места с Петром Вайлем".

Петр Вайль: «Я живу на одну зарплату» Во мне есть эта черта, которую можно назвать как и легкомыслием, так и доверием к жизни. Я всегда был уверен, что сам не могу что-то кардинально изменить и решить в своей судьбе. На это есть высшие силы. Я лишь в состоянии что-то подправить, скорректировать…

Петр Вайль: телезаметки Здесь вы можете прочитать все телезаметки Петра Вайля.

Путешествие как способ самопознания и другие идеи от Петра Вайля Петр Вайль прожил в Нью-Йорке 17 лет. Как он считает, самых важных лет своей жизни. С 1978 по 1995 год. Но теперь главный редактор русской редакции Радио «Свобода», писатель Петр Вайль, живет и работает в Праге, а в Нью-Йорке бывает куда реже, чем, скажем, в Москве или даже, подозреваю, в Венеции. Вот почему я не могла не воспользоваться его редким появлением в нашем городе, чтобы не расспросить о свободе, литературе, России и путешествиях.

Петр Вайль: "Не могу притворяться, что понимаю дворянские ощущения Пушкина" В начале декабря выходит в свет новая книга известного писателя, публициста, ведущего цикла "Гений места" на телеканале "Культура" Петра Вайля — "Стихи про меня". В сборник вошли 55 стихотворений поэтов ХХ века, от "Среди миров" Анненского до "Цыганка ввалится, мотая юбкою..." Гандлевского. Какую роль они сыграли в жизни автора, куда пропала могила Феллини в Римини и почему Вайль хочет переехать из Праги в Венецию — с Петром Вайлем специально для "Недели" побеседовала Наталья Кочеткова.

Воспитание недоросля Кто такой Петр Вайль? Бородатый и юморной эссеист. Человек с поистине раблезианским отношением к культуре. Знаток русской кухни, советского коммунального быта, американского кинематографа и городских ландшафтов. В общем, "прикладной культуролог", как называют его некоторые критики-эстеты.